Transparent Chrome Glass Blue Pointer
◄ Back
▲ Up
▼ Down

KHR: Dream & Reality

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR: Dream & Reality » Законченные квесты » Fallen


Fallen

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники:
Superbi Squalo, Xanxus.
Место и время действия:
примерно 8 лет назад, прием в особняке Девятого босса Вонголы.
Описание:
Порой жизнь поворачивается совершенно иной стороной, подобно тому, как сменяются картинки в калейдоскопе. Вот так же и Занзас, наткнувшись однажды на дневник своего отца, узнал вдруг страшную тайну о том, что он не является кровным сыном Тимотео.
А Суперби Скуало, волею случая оказавшийся в этот день на приеме в особняке Девятого, впервые встречается с наследником одной из самых влиятельных семей, еще не подозревая, что тому никогда не стать будущим боссом Вонголы.

0

2

«Сколько здесь дефективных номинантов. Тц, смотреть противно. И это Вария? Где же ее эпицентр величия, Ха?»
Паренек невысокого роста, с недовольным выражением лица и кривым скалом на бок, плелся сквозь шумную толпу из черных смокингов. Под рваной челкой он прятал негодующий взгляд, косясь по сторонам и возмущенно цыкая себе под нос. Такого балагана он давно не видел, кого здесь только не было, будто попал в рассортировочный цех отходов, которые еще мал-мал представляли из себя что-то более или менее стоящее.
«И мне становиться боссом в этом сброде?» - Толпа была большая, все как один, строят из себя хрен пойми кого, наигранный пафос, высокомерие, гордыня. Ха.  Да вы еще Акул гордых не видели, поверьте. Скуало оказался здесь лишь только потому, что его зазвала сама Вария, ибо слух о молодом мечнике, наверное, прошел везде, а так же о том, как спустя два дня ему пришлось заполучить имя Второго Императора мечей, лишившись собственной руки. Конечно же, и черно-серая толпа узнала «героя» в лицо. Сразу как-то ощетинилась, напряглась, поежилась, предчувствуя свой промах на пост будущего босса. Типичные людишки, как что-то идет не по их плану, коленки начинают дрожать. В такие моменты они готовы сожрать друг друга, и не подаваться, вот увидите.
«Страшно, ублюдки?» - Мечник не обращал как такового внимания на окружающих, он и руку-то, искалеченную, не прятал, пусть все знают, видят, еще больше нервничают; бинты невольно болтались и свисали с обрубка, на месте которого должна была быть здоровая и сильная жилистая кисть. Но там было пусто, протез будет сделан немного позже, как ему и обещали. С собой он ничего и не брал, даже излюбленную сталь решил оставить. Она не пригодиться, ведь какой кретин начнет перепалку в особняке Варии? Только самый безмозглый придурок, оному жить расхотелось.
Шаг, еще один… Впереди показалась такая же примитивная фигура, уходящая в сторону от всего этого бедлама. Человек в черных брюках и белой рубашке, немного сутулый, но высокий, и вроде бы ничего особенного, но если присмотреться. Наверняка Скуало уже догадался, кем он был, в мафии слухи ползли очень быстро. Стоило бы смекнуть и подождать, но он как одурелая псина ринулся за ним следом.
Парень, примерно его же возраста даже не удосужился обернуться. Ну а Суперби слегка и растерялся. И какая муха его укусила, что он словно в жопу ужаленный, вот так прям и побежал.
- Хэй,  ты… тоже собираешься на пост босса? – Глупо конечно начинать с такого, но ничего нет ведь больше. Голос звучал уверенно, немного сипловато с нотками привычного рычания. Смелости хоть отбавляй. Оставалось только разболтать, остальное будет импровизацией.
«Кажется, я кое-что понял»

+2

3

Поначалу ему показалось, что все происходящее – лишь дурной сон. Но проходила минута, другая, а Занзас все никак не просыпался. Он бы пожелал, чтобы все это оказалось чьей-то глупой шуткой, тупым розыгрышем. Но все настойчиво говорило об обратном.
«Неужели это правда?!»
Занзас невидящим взглядом скользил по пожелтевшим от времени страницам, исписанным мелким убористым почерком. Не было никаких сомнений – этот дневник принадлежал Девятому.
Его уже не-отцу.
Занзас отбросил злосчастную тетрадь куда-то в угол комнаты и уперся ладонями в полированную поверхность столешницы, пытаясь сдержать в себе очередной порыв ярости, которая уже буквально текла с его пальцев. Глаза застилала пелена, а в голове шумело так, будто бы ему только что съездили по голове чем-то тяжелым.
Удивительно, как в один момент может измениться жизнь. Занзасу показалось, что у него выбили твердую почву из-под ног, резко и неожиданно. Все это время он оставался простым оборванцем без роду и племени, а не наследником огромной и влиятельной мафиозной семьи, как он наивно думал и как настойчиво ему внушали все окружающие. Но в первую очередь – его собственный «отец». В одночасье жизнь Занзаса резко перевернулась с ног на голову. Все это напоминало какой-то нелепый театр абсурда, в котором ему отводилась незавидная роль главной жертвы.
Занзас шумно выдохнул и широким резким шагом направился прочь из библиотеки. Не разбирая дороги, он шел по коридорам особняка, то и дело натыкаясь на снующих туда-сюда людей. Откуда они вообще все здесь взялись?!
«Ах, да, точно. Очередная гребанная вечеринка со стариканами».
В голову вдруг пришла шальная мысль прямо сейчас все высказать отцу, но Занзас тут же отмел эту идею. Нет уж, этот обманщик заслуживает куда более грандиозной мести, чем простой скандал посреди званого вечера.
Присутствие стольких людей нещадно давило. Раздражали и бесили их приторные искусственные улыбочки и смешки.  Почему-то каждый считал своим долгом поздороваться с Занзасом, находились даже смельчаки, которые порывались добродушно похлопать его по плечу. Будь Занзас в куда менее дурном расположении духа, он, может быть, и отдал бы дань приличиям и перекинулся бы парой ничего не значащих фраз с этими отбросами. Но сейчас дела обстояли совершенно иначе. Занзас не ручался за себя, и только Господу Богу известно, что случится, посмей хоть кто-нибудь с ним заговорить в этот самый момент.
Выйдя во внутренний двор, он стремительно проследовал сквозь толпу людей, мечтая как можно быстрее остаться одному. На мгновение Занзас бросил взгляд в сторону и заметил отца, разговаривающего с каким-то потным хмырем. Кровь вновь ударила в голову, и он лишь крепче сжал в кулаки нагревающиеся ладони.
«Не сейчас. Надо все как следует продумать».
Обойдя особняк по кругу, он наконец пришел на задний двор, куда гости обычно не заходили. Занзас выдохнул, переводя дух, и взъерошил волосы. Тяжесть всей правды, которую ему так неожиданно пришлось узнать, вновь навалилась на него. Вдруг стало чертовски душно, и он чуть подрагивающими пальцами потянул вниз узел галстука.
Занзас уже было подумал, что наконец-то остался один, как вдруг он услышал за спиной чьи-то торопливые шаги. А затем – чей-то голос, и не было никаких сомнений в том, что обращались именно к нему.
- Что? – резко обернувшись, произнес Занзас, скользнув пренебрежительным взглядом по фигуре пацана. Тощий и резкий, словно сжатая пружина, он отчего-то показался Занзасу смутно-знакомым, но рыться в памяти ему сейчас совсем не хотелось. – Свалил бы ты лучше отсюда, по-хорошему. А то я за себя не ручаюсь, - хмуро добавил он, сплюнув себе под ноги.
Не было сомнений – еще немного и Занзас не выдержит и обязательно спустит на ком-нибудь пар. Не на лже-отце, так на этом пацане.

+2

4

«Хо, как дружелюбно, однако. Не пугает то, кем я являюсь? Интересно, значит это ты сын нынешнего босса? Ошибки быть не должно»
Тот факт, что пареньку пригрозили, и дали четко знать об уходе,  его нисколько не смутил, лишь добавил безудержного любопытства, как говориться – подлил масло в огонь. Но все же знают известное выражение: любопытной Варваре, на базаре нос оторвали. Может юнец лишится и второй руки, хотя кто-кого сейчас будет трогать и нарываться, ибо это напомнит и воспроизведет тупейшую грань идиотизма. 
Скуало довольно рыкнул, его забавляла ситуация, только вот чем, скорее всего юношеским максимализмом, который присущ почти каждому подростку в таком вот возрасте. И этот максимализм порой губит человека, неважно в каком он промежутке своей жизни, будь это юность, зрелость или преклонные годы. Редко когда такая черта спасала жизни, развивала, или приносила пользу и славу, лишь толики счастья появлялись и уходили на пике «славы», раскрытия, в остальном – это сплошное разочарование. Нельзя полагаться на все и сразу, особенно на свои эмоции и порывы.
«Любишь грызться?»
Судя по тому, как себя вел чернявый, можно было сделать вывод о его разочаровании в чем-то и глубоком негодовании. Но если еще глубже копнуть, то стоило бы подумать лучше…
Глаза рубинового цвета, обрамленные черными ресницами, надменность, раздражение во взгляде, открытый не наигранный пафос и злоба, потоки ярости и ненависти, оные так глубоко сидят в скованной клетке души, но пытаются вырваться и пляшущие бесы в зрачках. Черт подери, как же это все воодушевило, поманило, зацепило, будто огромным якорем, и потащило за собой на дно или же куда-то еще.
По коже молодого мечника пробежали табуны колющих бешеных мурашек, тело слегка дрогнуло. Он помялся с ноги на ногу, но не отступил, попробовал снова; терять то нечего. Даже если и придется драться, он не проиграет, посему внутри что-то подкатывало, подмывало вступить в схватку с таким противником, если и есть шанс – его нельзя упускать. Но все же, если дело до такого и не дойдет, то уж поймать момент и пособачиться по-акульи стояло в планах. 
Дерзко растянув оскал, Скуало обошел парня с другой стороны, изучая оценивающим взглядом серо-голубых сощуренных глаз, склонил голову на бок и тряхнул светлой, цветом как серебро или снег, челкой, заведя очередную шарманку рычавшего голоса.
- Врой, так это ты Занзас, о котором так все тут и шепчутся? – Промаха не будет, в толпе такие отличаются: стоит посмотреть в глаза. – Судя по твоему гонору можно определить, кто ты есть. Аргх. Видно, ты чем-то очень удручен. Переживаешь, что не займешь пост босса?~
Нет, Суперби не язвил, это не в его стиле, он считал это низостью. Такая Акула как он, била напрямую, шла ломом, показывая в два ряда зубы, никогда не хитрила и не увиливала, не присуще такое вот уродство. Ему просто до ужаса стало любопытно, что же так грызло Занзаса, и от чего был такой взгляд, пробивающий до дрожи. Ясен пень, такой взгляд был не оттого, что он встал не с тобой ноги... дело тут было явно в другом.
Хо, наверное, Акулыш все-таки мазохист в этом деле.

Отредактировано Superbi Squalo (2013-06-03 01:32:29)

+1

5

С тех пор, как Занзас официально стал законным наследником Вонголы, многие его сверстники стремились завязать с ним знакомство. Он же всячески пренебрегал этой пластмассовой дружбой, предпочитая во всем и всегда оставаться одному. Отчасти это желание было вызвано безрадостными воспоминаниями о нищем и голодном детстве, когда Занзаса из-за его Пламени Ярости сторонились все соседские ребята; отчасти и тем, что эти отбросы, постоянно вертевшиеся вокруг, не заслуживали ни капли его драгоценного внимания. В большинстве своем, все их попытки сдружиться сводились лишь к корыстной выгоде. Шутка ли, иметь у себя в друзьях наследника самой влиятельной семьи.
Занзас уже давно научился читать эти низменные намерения по глазам, вычислять их за версту. Он видел этих отбросов насквозь и всегда с легкостью мог угадать, что же творится у них в головах. Занзас не хотел с ними иметь ничего общего; лучше уж находиться в одиночестве, чем марать руки, связываясь с подобным мусором. Он всегда был один и уже давно привык к этому состоянию и никаких неудобств по этому поводу не чувствовал.
Но с этим белобрысым было что-то не так. Он, казалось, нисколько не боялся Занзаса; он не пытался стелиться перед ним, как-то угодить, подмазаться, как это делали его бесчисленные предшественники. Этот пацан, в отличие от остальных, смотрел на Занзаса нагло, дерзко и открыто, но в то же время в его взгляде не было ни намека на фальшь и неискренность. И именно из-за этого его и хотелось хорошенько приложить о ближайшую стену. Лишь потому, что он слишком сильно был похож на самого Занзаса.
Он молча вытерпел на себе оценивающий взгляд серых, будто бы стальных, глаз. От звериной, хищной улыбки пацана, почти оскала, у Занзаса почему-то засосало под ложечкой. Непривычное и неприятное чувство, из-за которого ему еще больше захотелось врезать этому мелкому, стереть эту наглую улыбочку с его морды.
«Сколько ему лет вообще? Четырнадцать? Пятнадцать? Вряд ли больше».
Создавалось ощущение, будто у этого паренька полностью атрофировался инстинкт самосохранения. Либо этот белобрысый не до конца понимал, кто же стоит перед ним. Но следующая его фраза доказала обратное – он прекрасно осознавал, с кем разговаривает. И, даже несмотря на это, продолжал всячески язвить и подкалывать, нисколько не беспокоясь при этом за свою жизнь. На Занзаса же это подействовало, как красная тряпка на быка. Нервы были натянуты, как струна, и вот-вот грозили лопнуть.
- Что ты вякнул, мусор?! – исподлобья глядя на пацана, рявкнул Занзас, чувствуя, что еще немного, и он окончательно выйдет из себя. Одним резким движением Занзас схватил белобрысого за лацканы его пиджака и чуть встряхнул, притягивая к себе почти вплотную. – Я стану следующим боссом Вонголы, чего бы мне это ни стоило, понял? – чуть ли не рыча добавил он низким раскатистым голосом, отпуская пацана. 
Занзас перевел дух и смерил мелкого взглядом. Вдруг глаза сами остановились на его левой руке, точнее на том, что от нее осталось. В голове будто бы что-то щелкнуло, недостающие кусочки головоломки собрались, наконец, воедино. Вот, почему этот белобрысый с самого начала показался Занзасу знакомым.
- А это не ты замочил Тира? – протянул он, вглядываясь в лицо пацана.
«Если я прав, то теперь понятно, почему он так отличается от всего остального мусора».

+1

6

Сколько Суперби себя помнит, почти все свои пятнадцать лет, а подобных людей он не встречал, все были настолько одинаковыми, как штамп, печать, как гребанный канон, от чего воротило, скручивало и раздражало; так на такое вот насмотришься и перезахочется делать что-либо. Обыденности и так хватало каждый день по горло, а когда видишь похожих друг на друга людей, глаза аж болят и работает рвотный рефлекс. Никуда от этого не деться, жизнь юнца только начинается, вот к несчастью уже все конкретно поднадоело. Нужно срочно разбавить бочку дегтя ложкой меда.
А темноволосый паренек то и сам сконфузился; но все равно этот чертов ублюдок не давал покоя жадному и жгучему интересу Суперби. Чем тоньше лед, тем больше всем хочется убедиться, выдержит ли он. Поэтому шаги продолжаются, пусть и дрожащие, скованные, но хозяина ноги слушаться обязаны. Так и здесь, ситуация набирала свои обороты со всеми подарками, какие только могли быть.
«Тоже пялишься? Кха». - Пошла игра взаимных гляделок. Акула не спускала металлических холодных глаз с пацана напротив, намереваясь раззадорить и задрать, зацепить чем-то. И к счастью мечника, у него получилось очень даже хорошо для подростка. Предыдущие слова, адресованные ему, оказывается, задели. Собеседник буйно схватил за грудки, подцепил, и, сократив дистанцию, одернул на себя, глухо, но грозно рыча. Скуало же, в свое удовольствие продолжал вызывающе смотреть в темные, как запекшаяся кровь, глаза, практически не моргая и тянуть лукавую клыкастую ухмылку. С такого расстояния в доли секунды ему удалось рассмотреть даже радужку; будь зацепка чуть дольше, он наверняка смог бы почувствовать и сорванное обжигающее дыхание.
- А хочешь, я помогу тебе стать боссом? – Не подумав толком, он развязно пальнул и тут же самодовольно фыркнул.
«Помочь? Ахах, Что же в тебе такое сидит? Бес ты»
Брыкаться и верещать Скуало не стал, как дернули, так и отпустили. Он спокойно поправил одежду здоровой рукой, ловя на себе утверждающийся взгляд Занзаса. Тот, в свою очередь задал в лоб один вопрос и, походу, к его собственному удивлению, нисколько не разочаровался.
- А то. Я, да. – Оборвал пацан, но назад не шагнул, так и решил стоять, не двигаясь. - Удосужился запомнить слухи обо мне? Похвально. - В знак подтверждения, он гордо, с чувством некого хвастовства вытянул немного вперед руку, приподнимая рукав пиджака, чтобы было лучше видно искалеченную кисть. Ему все равно кто и что подумает, это выбор каждого, и то, что сделал он – никто бы другой не осилил. Гордыня один из смертных грехов, только вот ему этот грех видимо был послан с рождения. Белые Акулы существа благородные и горделивые, так почему же и не соответствовать такому сведению? Но для ребенка своего возраста он вел себя отвратительно по-взрослому.

Отредактировано Superbi Squalo (2013-06-03 20:41:30)

+2

7

- Суперби Скуало, так? – задумчиво протянул Занзас, без капли стеснения продолжая разглядывать пацана и его покалеченную руку. – Много же ты шуму наделал, - хмыкнув, добавил он.
Когда Занзас впервые услышал о молодом мечнике, победившем Тира, он посчитал эти разговоры не более чем слухами. В то, что какой-то подросток, взявшийся буквально из ниоткуда, вдруг смог одолеть самого Императора мечей, верилось как-то с трудом. Но сейчас, глядя на Суперби, Занзас наконец понял, что все эти слухи были самой что ни есть настоящей правдой. Человек, стоявший перед ним, действительно сражался с Тиром, теперь в этом не было никаких сомнений.
«Суперби Скуало… А имечко-то какое, как раз под стать».
Мальчишка и впрямь чем-то напоминал хищника – своенравного, резкого и непредсказуемого. На глубине его серых глаз таилась непоколебимая решимость и отчаянная преданность своему делу. Еще ни у кого Занзас не встречал такого взгляда. Он почти не сомневался в том, что этот малец способен пришить еще сотню таких же, как Тир, с легкостью и без колебаний, не поведя даже бровью. И, даже если будет нужно, пойдет против действующего босса Вонголы.
Занзас адекватно оценивал свои силы. В одиночку он вряд ли будет способен провернуть такое отчаянное и рискованное предприятие как смещение Девятого. Одного Пламеня Ярости в этом деле будет недостаточно. Но если у него будут достойные союзники, то у него появятся все шансы расправиться с ненавистным отцом. Занзас с силой сжал кулаки, да так, что ногти больно впились в кожу. Неважно, сколько пройдет времени до того, как удастся воплотить этот план в жизнь – неделя, месяц или же полгода – он этого так не оставит и обязательно отомстит старику за годы, проведенные во лжи.
«Только вот…»
- Поможешь мне стать боссом? – недоверчиво переспросил Занзас, внимательно вглядываясь в серые глаза. – С чего бы это?
Он уже давно, еще в детстве, сумел разгадать истинную натуру людей. В большинстве своем все они были существами корыстными и жадными, плюющими на желания остальных и заботящимися только лишь о своей собственной выгоде. Что уж кривить душой, к своим шестнадцати годами Занзас сам стал таким и не считал это чем-то зазорным. Он всего-навсего умело приспособился к реалиям окружающего мира. Занзас презирал альтруизм, считая его неумелым показушничеством, маской, под которой скрываются эгоистичные и корыстные людишки, стыдящиеся этой своей низменной натуры. Взаимовыгода – вот, на чем зиждется нынешний циничный мир, Занзас давно усвоил для себя эту простую истину.
«Смотри, пацан, как бы ты не пожалел потом об этом».
Он не мог сказать точно, были ли слова Суперби взвешены или же он выпалил их необдуманно, лишь для того, чтобы лишний раз произвести впечатление. Хоть шальной взгляд белобрысого весь так и кричал о том, что его обладатель кинется в атаку без промедлений и лишних раздумий, Занзас должен был еще раз удостовериться в том, что этот пацан ясно понимает всю серьезность предстоящей задачи и не свинтит в самый ответственный момент.
- Что ты хочешь в обмен на свою услугу? Или же ты совершенно безвозмездно предлагаешь мне свою помощь? – произнес Занзас, скептично вздернув бровь и не сводя взгляда с пацана.
Откуда-то послышались приглушенные голоса и чей-то смех. Занзас нервно обернулся, но звуки исходили из приоткрытого окна на втором этаже особняка. Он вдруг вспомнил, что так и не убрал в библиотеке следы погрома, который сам же и устроил в порыве ярости. И этот проклятые дневник так и остался лежать на полу. Занзас горько усмехнулся. Ничего, пусть старик помучается, думая, кто же читал его сверхсекретные записи.

+1

8

- Да что ты за такое… - Еле слышное шипение сорвалось с пересохших узких губ.
Если долго и внимательно изучать поведение этого подростка, то можно было сразу сказать, что интерес то он проявил к зубастому, пытаясь прикрыться ворчанием, напущенным недовольством и разговором через губу. Надо же, минуса в этом не было, наоборот, такое только раздраконивало. Так и подмывало вытворить что-то безумное.
Мальчуган одернул уродливую руку без запястья себе за спину, продолжая по-прежнему неумолимо пялиться и рассматривать, словно про себя что-то помечая, расставляя галочки, делая закладки – книга, ей богу. А вот тот самый невидимый якорь так и тащил за собой, или это можно приравнять к авто без тормозов, несущийся на бешеной скорости?
«Хм, и память на имена у тебя не хромает. Запомнил» - Показав все свои тридцать два, Скуало наконец пошевелился, перемялся с ноги на ногу (левая довольно затекла), постоял еще долю секунды и пошел в сторону к каменно-мраморным светлым периллам, лелея собственный голос, который напоминал деформированную картавость.
- Ха, ты меня принимаешь за уличного болвана, у которого внутри место нормальных мозгов опилки и стружки? Или что? Думаешь, я гребанный ребенок, играющий в игрушки? – Голос лился как потока, стоило бы и ответить взаимностью: цедить сквозь острые зубы и рычать. – Ты меня недооцениваешь. Если я предложил что-то тому или иному человеку – то ему, в его же благо, лучше не отказываться. По идее, раз я прикончил Тира, место босса мое, на всех основаниях. Меня позвали и я явился. – Обернувшись через плечо, мечник довольно цыкнул. Все это ему нравилось, что аж мурашки били по всему телу, пробегая табуном туда-сюда. Он уже явно заподозрил, паренька определенно что-то добивает. Следуя своим привилегиям и собственным смыслам, оные понятны только белобрысому индивиду, он сделал для себя кучу выводов за такое короткое время, буквально в минуты разговора. Да что там говорить, одного пронзающего взгляда стало достаточно, чтобы все решить и перевернуть себя с ног на голову. Походу Суперби пережил настоящее потрясение. Сам толком не понимая, что по-настоящему творит.
- Ты хочешь чего-то достичь? Я так понял. Валяй, место босса Варии станет твоим. – Слова летели как с барского плеча. Так, будто на ветер, невзначай, безвольно, легкомысленно. Но все они являлись правдой, непоколебимой и твердой. Шутить сейчас было неуместным занятием, да и у Акулы с юмором проблемы возникали. Стоит воздержаться.
«А теперь давай, не поверь мне»
- Желаешь безрассудства? – Парень, с усмешкой на губах, снова оглянулся чуть в сторону, краем глаза цепляясь за высокую сутулую фигуру.
«Возмутись, остолбеней. Прорычи, снова схвати за шкирку. Ты же это можешь. Как вспыльчиво и эмоционально. Как яро. Ненавистно, Занзас».

Отредактировано Superbi Squalo (2013-06-05 21:32:33)

+1

9

А пацан-то тоже весь как-то ощетинился, будто еж. Да еще и ухмыляется так по-акульи. И снова, зараза, сверлит этим своим взглядом, который пробирает до самых кончиков пальцев, заставляя его внутреннюю Ярость прямо-таки рваться наружу. Занзасу не нравилось это незнакомое чувство.
«Что, акула, наконец, решила показать всем свои зубы?»
Этого Суперби будто бы совсем не волновало, что перед ним стоит сын самого Девятого босса Вонголы. Он разговаривал с Занзасом, как с равным, нисколько не стесняясь в выражениях и не пытаясь показать себя в выгодном свете. Просто был таким, какой он есть, без всяких прикрас и недомолвок. Если бы Занзас захотел, он одними своими руками с легкостью превратил этого пацана в горстку пепла, чтобы потом родная мать в спичечный коробок своего сыночка собирала. Он мог бы это сделать, но не хотел. По крайней мере, не сейчас.
Ему редко встречались такие люди, которые бы не боялись говорить ему всю правду в лицо, не пытаясь как-то лебезить и увиливать. А этот белобрысый пацан был настоящим. Дерзким, наглым, резким, но настоящим, живым и открытым. Он, в отличие от остальных, не старался скрыть свою истинную сущность, а наоборот – выставлял ее напоказ, будто бы кичился ею, не боясь, что скажут или подумают о нем окружающие.
Суперби и двигался как-то по-звериному, какой-то крадущейся походкой, готовый в любой момент кинуться в атаку, вгрызться противнику в горло. Пацан как будто бы совсем не смущался своей покалеченной руки. Создавалось ощущение, что он словно гордился этим и готов демонстрировать этот свой физический недостаток всем, кто ни попросит. Занзас едва заметно хмыкнул.
«Небось, показушник еще тот».
Этот пацан забавлял Занзаса. Он даже, наверное, чувствовал к нему что-то вроде уважения, что ли. Не каждый способен одолеть действующего босса Варии, самого Императора мечей, и остаться при это в живых, хоть и относительно целым.
Скрестив руки на груди, Занзас внимательно слушал каждое слово белобрысого. Суперби и говорил будто всем своим телом, а голос у него был слишком громким, хриплым и пугающим. Не таким, какой должен быть у обычного подростка. Но Занзасу ли судить об этом? Сказать по правде, назвать этого пацана заурядным язык не поворачивался.
Слова Суперби, мягко говоря, сильно удивили Занзаса. Он уже начал было думать, может, мелкий пацан пьян или обкурился, коль несет такой бред? Но белобрысый выглядел вполне себе вменяемым и адекватным. Тогда почему? В самом-то деле, что творится в этой башке?
«Что он несет? Неужели это все всерьез?»
Это мало смахивало на розыгрыш, да и на правду походило с трудом. Но чтобы к нему вот так вот ни с того ни с сего пришли и с порога заявили, что отдают ему Варию со всеми потрохами просто так, не прося взамен абсолютно ничего? В это трудно было поверить. Уж Занзас бы никогда так поступил. Если он чего-то добивался, то держался за это всеми руками и ногами, буквально зубами вгрызался, не позволяя никому и пальцем притронуться к своей добыче. Но, может быть, не нужно всех равнять по себе?
- Да ты никак умом тронулся, мусор. Предлагаешь место босса Варии первому встречному? – нахмурившись, процедил он, резкими широкими шагами сокращая между ними дистанцию. – А что, если я соглашусь? – хрипло добавил Занзас, внимательно вглядываясь в насмешливые глаза.
«Что же ты задумал, пацан?»
Он ожидал, что за всем этим кроется какой-то подвох, ловушка. Что уж поделать, Занзас не особо привык доверять людям. Совсем не привык, если сказать по правде. Поэтому во всем и искал двойное дно, боясь неосторожно обжечься и вновь испытать разочарование. Вот уже в который раз.

+1

10

Вы когда-нибудь слышали о семи смертных грехах, что упоминались выше? Наверное, каждый знает эти грехи. Luxuria, Gula, Avaritia, Acedia, Ira, Invidia и… Superbia*. Теперь можно все понять без слов. Когда человек грешен и не понимает этого, то остановить его пороки уже невозможно, он продолжит упиваться своими действиями и совершенными грехами, разве что изредка оборачиваясь назад, тем самым выглядывая остатки совести и здравого смысла, которого уже, к сожалению и нет в помине. Есть люди с черной душой, есть с серой, а есть светлые, невинные и непорочные существа с белой, как чистый весенний снег, душой. Так вот, спастись могут все, если во время опомниться, если осознать что в тебе осталась частичка чего-то светлого.
Скорей всего Скуало относился к человеку с черной душой. В таком раннем возрасте, ребенком, с неокрепшей, ломанной душой совершать ужасные поступки, проливая кровь своих же. Но каков в этом смысл? На этот раз тут все сложно, объяснить не получится. Может в каждом человеке что-то, когда-то ломалось и он сходил на путь иной, поступая так, как велело «внутренне неосязаемое». Каждого чем-то ранили, задели, а кого-то и убили. Нет, не физически. Любой проходил через подобное, и после такого оставался вязкий липучий противный осадок, словно зыбучая трясина, утаскивающая на дно непроглядного омерзительного болота. Он, конечно, не олицетворения греха, но соответствия ему безоговорочно присутствуют.  Но всякую душу можно спасти. Кто знает, пропащий ли этот человек. Ему предстоит выбрать еще много дорог, много путей, искать свое, искать то, чего даже и нет в мире - удел любого, который именно живет, а не существует, прозябая свою жизнь, прожигая ее дотла, оставляя грустный, мертвый пепел. Надо жить, и пытаться что-то делать. Единожды ты можешь все изменить, единожды ты сможешь сделать только в этой жизни, а другого не дано. 
То же самое можно было сказать и о Занасе. Говорят, глаза – зеркало души. Все верно, это правда. Посмотреть в них и все сразу же понять, наверняка не каждому дано такое чудодейственное свойство: выражать все и вся лишь только единым взглядом. Про одних смело можно глаголить: «читай по губам», а вот есть и другие. Совсем иные. Не по своей воли ставшие черными существами, сбросившие с себя белые одеяния. Всему есть свое объяснение, и ни одно дело, поступок, сказанное слово, действие просто так не возникнет. Никогда. Так получилось и здесь.
Чернявый не верил ни единому слову, как показалось на первый взгляд Скуало, это даже стало как-то бесить, раздражать. Мечник же ясно выразился, дав понять, что отказываться ну никак нельзя, в край можно было подумать, а потом соглашаться. Разговор напоминал бандитские словесные перепалки самых настоящих закоренелых мафиози. От одного только представления, что юный паренек, вскоре станет самым грозным человеком всея Варии, а потом и Вонголы на пару со всей мафией – бешено сносило крышу к чертям. Сутулый, но массивный стан, сильные, жилистые в венах руки, потрепанные, густые, черные, как смоль волосы, низкий, пробивающий все тело глубокий голос и безумные, алые, пронзающие все нутро насквозь глаза. Да никак сам Бог велел. Так должно быть. Так надо. Скуало знал это. И все это не просто так, лишь бы-лишь бы. Во всем есть смысл.
Вот и получилось, что в мозгу переклинило, из-за короткого замыкания. Проснулся неудержимый энтузиазм и воодушевление. Хотелось всего, да побольше.  Нужно было действовать, не стоять столбом и истуканом. Упускать момент никак нельзя, любой ценой стоило добиться.
«Не доверяешь из-за резко-личных причин? Довольно. Ты ведь все прекрасно понимаешь и видишь кто перед тобой. Такая же побитая псина. Ну же!» - Акула в очередной раз мерзко ощетинилась.
- О, а тебе нравятся все шаблонные, с умом в голове? А мне казалось, что ты сторонишься этого. И, да, будь ты на самом деле первым встречным, я бы и смотреть в твою сторону не стал. - Дерзость так и лезла наружу. Суперби надоело сюсюкаться, наевшись сполна.
«Нет, ты сторонишься совсем другого, я знаю, чего именно. На лице все написано».
– Ты будь внимательней. Я тебе не враг. - Хмыкнул мечник. - А ты без если. Соглашайся.
«Узреешь весь мир у своих ног? Все зависит от тебя. Все зависит от твоей воли, желания, умения и мысли»
- Хм… я сделаю по-своему. Дам тебе свою собственную клятву. – Идея подоспела вовремя, прямо точь в точь. Развернувшись, он, по уже разработанной несмелой привычке, начал таращиться на подошедшего юнца. Занзас же будто про себя усмехался и продолжал не верить, считая все это непонятной глупой игрой. Белобрысый, в свою очередь, сделал до ужаса серьезный, как никогда раньше, вид: лицо расправилось, стало каменно-серьезным, непоколебимым, даже каким-то угрюмым.
«Сейчас или никогда»
Скрежатнув зубами, громко и неотступно прорычал. – До тех пор, пока ты не станешь боссом Вонголы, я не буду стричься. Ни один волос не упадет с моей головы. Это мое обещание, проявление верности тебе. – И как обычно, по-акульи повел горделиво головой, не сводя пристального металлического и твердого взгляда. – Веришь? Ты попробуй.
«Так чего желаешь ты? Занзас»
И снова весь мир перевернулся. Не так ли?

*(перевод с латинского языка.) Похоть, обжорство, алчность, уныние, гнев, зависть, гордыня.

Отредактировано Superbi Squalo (2013-06-08 01:17:02)

+1

11

Занзас не верил в, так называемые, «судьбоносные встречи». Да, в общем-то, и в само понятие «судьба» тоже. Всю свою жизнь он во всем и всегда полагался лишь на самого себя, предпочитая решительно действовать, не задумываясь, брать то, что ему полагалось по праву, вместо того, чтобы смиренно ждать, когда же Его Величество Случай удостоит его желанным подарком судьбы. Занзас никак не мог признать тот факт, что существует какое-то всевышнее провидение, которое дергает людей за невидимые ниточки и распоряжается ими, как марионетками в детском кукольном спектакле.
Но можно ли было назвать эту встречу с Суперби Скуало случайной? Или же все-таки Большой Брат специально свел их вместе, именно сегодня? Именно в тот день, когда Занзас узнал о своем незавидном происхождении, когда весь его мир разбился вдребезги, рассыпался, подобно карточному домику. Он никогда не верил в судьбу, но сейчас всерьез задумался о ее существовании. Может, действительно это все не случайно?
Место босса Варии уже практически было у него в кармане, совсем близко – стоило только руку протянуть. Но Занзас колебался до самой последней секунды, пытаясь все-таки понять: блефует пацан или же все это взаправду, всерьез?
«Я тебе не враг».
Не враг. Это Занзас почувствовал сразу, с того самого момента, когда они впервые сцепились взглядами. От этого белобрысого за версту веяло опасностью, но в то же самое время он привлекал к себе, как диковинный зверь. Хотелось подойти поближе и погладить его против шерсти, чтобы только посмотреть, как тот отреагирует. Хотелось чем-нибудь его спровоцировать, раззадорить, подколоть. Скуало был настоящим и всего его мимолетные эмоции тоже были неподдельными, искренними. Он был как раскрытая книга – казалось, по его лицу можно было сразу понять, что творится у него в голове. Но все же многое было скрыто от людских глаз, и именно поэтому Суперби хотелось изучить еще больше. И этот пацан снова, вот уже в который раз удивил Занзаса. Да так, что у него отпали все сомнения насчет серьезности намерений белобрысого.
«Не будешь стричь волосы, пока не стану боссом Вонголы? Интересно».
Клятвами обычно не разбрасываются направо и налево, в отличие от обещаний. Их-то можно выпалить, не раздумывая, но вот клятва – это куда более серьезно. А белобрысый был серьезен, как никогда. Вон, даже акулью свою улыбочку стер с лица и глядел теперь хмуро, будто бы принимал важное решение, которое впоследствии, возможно, изменит всю его жизнь. А, может, и правда изменит? И не только его жизнь, но и жизнь самого Занзаса вдруг резко перевернется с ног на голову, кто знает?
- Хорошо, я согласен. Я стану боссом Варии, - произнес он, внимательно вглядываясь в ставшие такими серьезными серые глаза. – Только вот, не думаю, что тебе так долго придется отращивать свои волосы. Я собираюсь Десятым в ближайшее время, - добавил он, криво усмехнувшись.
Занзас уже давно успел все взвесить. Нескольких минут было вполне достаточно для того, чтобы все как следует рассчитать. Он станет боссом Варии и к чертям разгонит весь ее прежний состав, чтобы уже самолично выбрать тех, кто будет верен ему до самого последнего вздоха, кто уж точно не будет сомневаться в его авторитете. Не важно, сколько это займет времени – он подождет, сколько будет нужно. Занзас готов на все, лишь бы заполучить свое. И этот белобрысый ему в этом поможет.
Занзас склонился ниже, почти к самому уху Скуало, будто боясь, что их кто-то может подслушать, и низким голосом произнес:
- Поможешь мне избавиться от отца?
«Ну что, не сдрейфишь? Последуешь до самого конца, каким бы он ни был?»

Отредактировано Xanxus (2013-06-19 14:33:55)

+1

12

Можно рассказывать о многих людях, чьи подвиги знали во всеобщем окружении и без зазрения совести продолжать хвастаться тем, что ты знал когда-то или знаешь таких людей. Пусть это звучит слишком самоуверенно, но оно того стоит. Никто не останется в неведении, наоборот, слух пройдет от одного края света до другого, коверкаясь, немного изменяясь, только суть и смысл не изменятся. Когда в первый раз слышишь о чем-то невероятном, то хочется узнать еще больше, черпая воду из колодца, как утомившийся путник после бескрайней пустыни. Черпаешь и пьешь, а напиться не можешь, ибо сам не пробовал ничего подобного. А как только попробуешь, все покажется совсем не тем, как раньше. Ты не опустошен больше. Аналогичное происходило и здесь, в данной ситуации.
«Тч, апломбисто. Это все?»
- Я дал тебе клятву верности, не просто так, взаймы мне нужна и твоя клятва, хотя бы что-то похожее не нее. Или же… – шельмовской взгляд скользнул по всей фигуре, останавливаясь на чужих глазах, в оных бушевало нарастающее пламя. – Твоя клятва будет дана пролитой кровью? – Продолжив оскальную беседу, Суперби упоенно ликовал в душе. Настолько сильное впечатление было при победе над Императором мечей. Удостовериться в своей силе воли, не сломаться, не поджать хвост, всего за пару минут, тем самым смертно пообещав себе и тому, за кем последует, не отступать и двигаться к следующей цели в списке. Наверняка, это сравнимо лишь с иступленным экстазом.
Обменявшись парой слов и взглядами, казалось, что этого человека он знал еще до встречи, или как говорят: всю жизнь. Но было бы это правдой – наскучило. Уж лучше что-то вовсе неизведанное и непокорное, так будет во много раз лучше, захватывая и утягивая с каждым разом все дальше, глубже, безвозвратно. Трусость, как он сам считал – это порок. Отвратительный и жалкий, такому человеку можно лишь посочувствовать, или к чертям убить. Хо, второе по душе. Дьявол бы не отказался.
- Ты же знаешь, верно? Услышав крик кролика, лиса бросается к нему, но не на помощь. Не сомневайся в моей помощи тебе. В любом случае, мне не сбежать. Ответ тебе по нраву. – Мечник по привычке ощетинился, ему льстило столь глубокое доверие Занзаса. Как-никак, уже будущего босса. Остается ждать, следовать, бдеть и верить, не отступая, всем на зло. – Я не знал, что ты настолько бесчестен. Но меня это не волнует. Ты просто смотри, потом поблагодаришь судьбу за эту встречу. Однажды ты не пожалеешь о мече, который у тебя будет, Занзас. – ударив по последнему слову, акула нравно и дерзко зарычала, ощущая тяжелое дыхание и вслушиваясь в томно-низкий голос около себя, от оного прошибло мурашками.
«Всего лишь дети, а обливаемся в крови. Интересно, мне уже уготовлено место в аду? Ха, бесы обзавидуются долголетию и изведутся. Тебе надо просто смотреть, сын девятого, и боготворить все что было и будет. Не разочаруй меня, для шпаны я слишком горд и самоуверен. Будь благоразумен, твоя ярость не должна быть взаперти. Обещай же!»

Отредактировано Superbi Squalo (2013-07-03 20:05:12)

+1

13

Надо же, как удивительно порой оборачивается жизнь – еще утром Занзас считал себя сыном Девятого, законным наследником Воноголы, и, как говорится, совсем ничего не предвещало беды. А всего лишь пару часов назад все резко изменилось, и теперь он был готов убить того, кого он все эти годы искренне считал и называл своим отцом. Всего лишь какие-то несколько строк в один момент изменили всю жизнь, разделили ее на «до» и «после». Наверное, у каждого случаются такие моменты, после которых уже никогда не будешь прежним. Тоже самое произошло сегодня и с Занзасом. Первые несколько мгновений он был сломлен – земля будто бы ушла из-под ног, а весь прежний мир рухнул, как карточный домик. И все, что оставалось Занзасу – метаться разъяренным волком в своей невидимой клетке, до боли сжимать в бессилии кулаки, лелея призрачную надежду разделаться когда-нибудь с ненавистным старым лжецом. Который бессовестно врал ему все эти годы, взращивал в душе Занзаса несбыточные надежды и глупые мечты, которые в одно мгновение бесследно растаяли, как мутная дымка утреннего тумана.
Но эта случайная встреча изменила все, в который раз за день что-то перевернула в его прожженной душе. Но действительно ли все это случайно? Ведь Суперби появился именно в тот момент, когда Занзас, снедаемый испепеляющей яростью, больше всего нуждался в таком человеке, который пойдет за ним, не задавая лишних вопросов, который ничего не побоится и, если будет нужно, сам кинется грудью на амбразуру. Так можно ли назвать эту встречу случайной? С самого начала они идеально подходили друг другу, хоть и были совершенно разными. Как белое и черное, как инь и ян, как пламя и лед – две сосуществующие крайности. Занзас почувствовал это с самого первого мимолетного взгляда, с первого брошенного слова. Все было правильно, так и должно было случиться.
Теперь-то Занзас твердо был убежден в том, что ему удастся разделаться с отцом. Глядя на этого мелкого белобрысого пацана, в глазах которого горела упорная решимость, в душе Занзаса все больше укреплялась вера в то, что все обернется в его пользу. Если раньше у него и были какие-то сомнения, то сейчас от них не осталось и следа. Было ли дело в клятве верности, брошенной так быстро и решительно? А, возможно, хватило лишь мимолетного взгляда, чтобы понять, – да, пойдет за ним, во что бы то ни стало, и какой бы Ад ни ждал впереди. И Занзас верил, хотя уже давно привык не доверять людям. Странно это все было, но от этого не менее интересно и захватывающе, и от этого раннее неизвестного ощущения приятно щекотало под ложечкой, а пламя безотчетно рвалось с ладоней.
«Хочешь, чтобы я тоже поклялся тебе?»
Занзас отступил на шаг и внимательно взглянул на Суперби. Чуть протянув руку вперед, он, не отрывая взгляда от пацана, высвободил пламя, от которого уже покалывало ладонь, которое все это время рвалось наружу, требуя выхода. Эта жидкая ярость тотчас же заплясала на кончиках пальцев, окутала ладонь теплым сиянием.
– Это единственное, чем я могу поклясться, – произнес Занзас, кивком головы указывая на пламя в своей ладони.
«Не сбежишь, говоришь? Значит, готов пойти за моей яростью? Без промедления и лишних раздумий кинуться с головой в эту бездну, которая мне уготована?»
Но Занзасу и не нужно было об этом спрашивать – все ответы и так читались в этих глазах цвета стали. Этот пацан уже отдал ему Варию, так легко и без сожалений. А это уже говорило о многом. И Занзас отчего-то верил в то, что этот мальчишка и дальше будет верен ему.
– А ты сделай так, чтобы я не пожалел о своем выборе. Я на тебя рассчитываю, – усмехнувшись, произнес он, сжимая ладонь в кулак и гася пламя. – Назад дороги нет. С этого момента – все или ничего.

+1

14

Белобрысый страдальчески воздерживался от накатывающих эмоций, нескупого энтузиазма и горячей открытости. Внутри все полыхало ярым пламенем, оно долбило все внутренности, обжигало кожу, чувствовался бешеный пульс и разгоряченная кровь, бегущая по венам. Подобное ощущение приходило только в моменты умопомрачительных битв, особенно когда состоялась последняя битва, с Тиром, до этого все было слишком меланхолично и апатично. Человек, который может привести тебя в такое состояние, заслуживает большего.  Неминуемо внимание и последовательность сих действий. Равнодушие уже скрыть не получится, и приходится куда-то себя девать. 
«Ты думаешь, что будет все так просто? И ты думаешь, что я так быстро отступлюсь при возникшей сложности? Пойми меня правильно»
Грозная сталь с блаженством будет разрубать горячую сочившуюся алой жидкостью плоть, заставлять страдать, приносить смерть, стремиться с визгом к цели, но никогда не падет с рук своего хозяина. Если бы настали времена рыцарей, то, возможно, гордость и чувство собственного долга, решения, перевалило за край. Но даже в нынешнее время в крови паренька, еще совсем ребенка, течет иная кровь. Благородной ее назвать что ли? Или это слишком абсурдно. Неважно.
Суперби внимательно слушал новоиспеченного босса и попутно копался в своих скомканных мыслях, оные скручивались как змеи в комок и бились о камни на сухой земле; он все уже знал, решил бесповоротно именно для себя и нисколько не жалел. Отдать кому-то мафию? «Кому-то»? Нет, это не «кто-то», уже нет. Для своего возраста, Акула оправдала все ожидания окружающих и той самой школы, где училась недавно. Когда-то о таком мечнике узнает весь мир и будет сотрясаться лишь об упоминании инициалов или же простого слово «акула». Перспективка очень нравилась Скуало, а тут такой удачный момент и пацаненок, с дырой в груди от своей же прогоревшей юной жизни. Как же не подать меча в знак помощи, это уж совсем не милостиво. Вместе наверняка станет легче, пусть и немного, но легче. Ты не один – это главное, теперь есть еще кто-то, совсем такой же как и ты, со всеми скелетами в шкафу и шрамами, физическими и душевными.
Пламя завораживало серые сощуренные глаза, почувствовалось некое тепло, внутри что-то кольнуло. Первое, что пришло в голову, так это: «Не холодно», а потом и остальные невольные мысли, коих можно даже постыдиться. Но это пламя и вправду прекрасно. Они всего лишь дети, а играть в крутых мафиози получается так беспечно и несмело. Разве будет прок от чужих смертей? Задуматься было бы кстати. Месть очень сложно сдержать, как и гнев, ярость. Лишь потопив их в густой трясине отчаяния, можно было избавиться наполовину от гнета оных ощущений.
«Не забывай о клятве»
- Просто смотри и делай выводы. Наблюдай, следи внимательно и ты не пожалеешь о сегодняшнем дне. Я тебе пригожусь и не раз. Такого меча больше ни у кого не будет, сын девятого босса. – Дерзко усмехнувшись, Суперби тряхнул рваной светлой челкой и еще раз скользнул взглядом по смуглым пальцам, надеясь увидеть хоть искорку уже излюбленного пламени.
«Смотри, дабы я тебя не убил сам»
- И ты не разочаруй меня. Следовать за кем-то, вроде тебя, дело опасное. Хах, если ты сам захочешь  - тебе покорятся все. Не проворонь такую возможность.
«Гордись же своим выбором, гордись моей гордостью к тебе. Тц. Осторожно, с огнем шутки плохи»

Отредактировано Superbi Squalo (2013-07-23 19:18:08)

+1

15

Где-то в отдалении слышались гулкие раскаты грома. В душном воздухе отчетливо пахло надвигающейся грозой, и Занзас на мгновение поднял голову, всматриваясь в хмурое серое небо, которое всего лишь несколько минут назад было чистым и безмятежным. В этой жизни все так стремительно меняется, не правда ли?
Вся прежняя горечь и разочарование никуда не делись – они уже глубоко поселились в его душе горьким тугим комком, крепко соединились вместе с его яростью. Но теперь все было совершенно иначе, чем несколько часов назад. Сейчас Занзас был готов направить эту ярость в нужное русло. Теперь он был не один. Все обязательно должно получиться.
Несомненно, Суперби прекрасно осознавал, что, согласившись следовать за Занзасом, он тем самым собственноручно подписал себе смертный приговор. Пусть даже этот приговор будет приведен в исполнение еще очень и очень не скоро, но итог этого сотрудничества предрешен заранее. Тот, кто с самого своего рождения бок о бок сосуществует с такой разрушительной силой, в конце концов сам рискует не слишком завидно закончить свою жизнь и потянуть за собой в эту бездну и всех остальных, кто решился довериться и соприкоснуться с этим пламенем. Пацан был прав – следовать за таким человеком – опасное дело. Но, видимо, его совсем не пугала такая перспектива. Что ж, он сам сделал свой выбор.
«Только не перегори раньше времени. Нам еще очень многое предстоит сделать.»
Занзас успел заметить тот взгляд, каким паренек смотрел на его пламя. В его глазах читалось неподдельное, даже какое-то детское восхищение. Длилось это всего лишь несколько секунд, но и этого хватило с лихвой, чтобы понять – пацан нисколько не лукавит. Такие люди, кажется, априори не способны врать – буквально все можно прочесть на лице. Вот прямо как сейчас.
«Сын девятого босса…»
Занзаса покоробило от этих слов, но вида он и не подал. Никто, ни одна живая душа ни за что не узнает постыдную правду о его происхождении. Скоро Занзас сам докажет всем, что он, как никто другой достоин звания Десятого босса Вонголы. Надо только немного подождать, собраться с силами и нанести сокрушительный и решающий удар.
«Все получится».
– Нам нужно будет набрать в Варию новых людей. Я этим займусь, – бросил Занзас и направился обратно к гостям в дом. А то старик опять начнет приседать на уши и жаловаться на скверный характер своего дорогого сына.
Нет, сейчас Занзас ничего ему не выскажет. Он будет вести себя, как и всегда, как бы это ни было трудно. Старик ничего не должен заподозрить, ведь тем неожиданнее будет то, что в конченом итоге собирается преподнести ему Занзас.
– Мы еще войдем в историю, вот увидишь. А потом напишем свою, – добавил он с усмешкой, хлопнув напоследок пацана по плечу.
С неба начали срываться крупные капли дождя, и в воздухе сразу резко запахло пылью, но, казалось, Занзас совсем этого не замечал, продолжая неспешно ступать по гравию. Он, не оборачиваясь, шел к дому и спиной ощущал на себе цепкий взгляд серых стальных глаз. Почему-то он был твердо уверен, что этот белобрысый пацан сдержит свое слово и ни за что его не подведет. Занзас нутром чувствовал исходящую из самых глубин его души непоколебимую решимость. Такую же, которая снедала и его самого, с того самого момента, как он прочел этот злополучный дневник.
«Мы похожи. Я верю в тебя, Скуало».
Свой дождь Занзас уже нашел. И теперь он обязательно выйдет победителем.

To be continued...

+1


Вы здесь » KHR: Dream & Reality » Законченные квесты » Fallen


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC